Про хипстеров и батарейки

Лиса протянула лапу за огурцом и ожесточённо захрумкала.

Базилио разлил следующий раунд и задумался.

– Он вообще деревянный какой-то был, если честно – сказал кот.

Лиса кивнула.

– По половинке – сказала она.

Выдохнули.

В дверь экс-каморки Папы Карло постучали.

– Открыто – сказала лиса, растирая нос и глядя одним глазом в тиндер на телефоне.

Дверь открылась и на пороге появился юноша с изящно накинутым белым шарфом. На юноше был необычный винтажный пиджак и лицо брачного афериста.

– Я к вам – сказал юноша, оглядывая помещение

– Отлично – сообщил кот, разглядывая новоприбывшего – Нам нужны новые кадры. Передавать, так сказать, навыки. Качать, так сказать, скиллы. Апгрейдить левела! Пьёте?

Юноша кивнул.

– Ну и чудненько – сказал кот, потирая усы обувной щёткой. – Итак, с чего начнём? Мы тут не в школе, у нас проектный подход – поэтому давайте сразу же думать над вашей, так сказать, дипломной работой. Есть ли у вас, юноша, какое-нибудь пожелание?

Юноша пожал плечами.

– Минимальное – сказал он. – Сейчас объясню.

Через пять минут лиса закрыла мобильник, а ещё через 10 подсела ближе.

Идея юноши была проста, как полено – и состояла она в современном изложении древней схемы с торговлей тухлой рыбой за цену обычной.

– Так – сказал через некоторое время кот – То есть ты думаешь, что достаточно нарисовать вот какую-нибудь херь сказочную, и они сами всё остальное сделают?

– Именно – кивнул юноша.

– Да ладно – недоверчиво сказал кот.

Юноша вздохнул.

– Им будет стыдно, что их развели, и они будут это компенсировать враньём про то, что всё ещё лучше, чем раньше. Они сами соберутся в группы, где будут выдумывать удобные отмазки и шлифовать враньё для внешнего потребителя. Сами будут друг друга поддерживать. При нужном уровне нарциссизма и эгоизма, ключевым в пирамиде Масклоу является ощущение неопущенности. Уже не идёт речь о доминировании, про перебои с едой никто и не думает, опасностей тоже никаких, тян не нужны. Главное что вовсе-то-необосрался-даже-ни-капельки, понимаете? Вся пирамида короче не из уровней, а из сплошной вывернутой наизнанку боли за самого себя. Хеллрейзера смотрели? Те же гвозди в балде, только вовнутрь.

Лиса задумалась.

– Ну, с трудом верится. А можно пример?

– Ну вот смотрите – сказал молодой человек, поправляя шарф – Берём батарейку. Вешаем её на стену. Говорим что из неё вытекает электричество. В качестве аргумента – заливаем воду сверху, снизу ставим ведро. В “Реванше” такая тема была. Только у нас без мальчика, а с приложением для айпада. В приложении показывается, как деньги вверх бегут. Берём залог…

– Стоп – поднял лапу кот – Откуда они бегут?

– Из ебанины, которая в голове у тех, кто в это верит – доверительно объяснил мальчик

– А не коротнёт? – спросила лиса – Там же батарейка, воду в неё лить?

Мальчик отмахнулся.

– Это я образно. Короче, рассказываем эту херь, что батарейка сама что-то делает и деньги вылезают. Рисуем приложение, в котором они реально как бы начисляются. Подчёркиваем, что всё это пассивно, что ничего делать не надо, купил да лежишь на диване. Денежки капают. Ну или сидишь на кресле-качалке. Вы вот помните, в театре у Барабаса, была пьеса такая – там мальчики надевали цилиндры и парики и говорили басом, а девочки надевали шаль и ходили сгорбившись, как старушки?

Алиса и Базилио кивнули.

– Ну вот, а сейчас это не пьеса а объективная реальность целевой аудитории. Им надо пообещать, что они станут старушками вот прямо ща. Камин, кресло-качалка, пассивность. На стене батарейка денег зарабатывает. Делать ничего не надо вообще, сидишь да доживаешь.

– Хуёвый кайф какой-то – сказал кот – Скукота же.

Мальчик пожал плечами.

– Вам да, а они схавают. Ну а когда на этот крючок присядут – самим же будет стыдно признаться, что повелись. Будут врать, придумывать каких-нибудь дальних знакомых, у которых такая батарейка есть и всё работает. А нам – сольдо. Ваш этот дендромутант там всю поляну изрыл напоследок – а эти будут чище делать, сразу переводом. Только не через пейпал, бесит он меня.

– Ну а в итоге-то, вот мы с них денег взяли – и батарейку же придётся делать всё же, так? – спросила лиса.

Юноша кивнул.

– Надо будет сделать хоть что-то, что минимально подойдёт под определение и характеристики того, что мы обещали. Всё остальное они доврут сами. То есть нет смысла делать что-то даже близко похожее по технической стороне – надо сделать самую минимальную имитацию. И так можно во всём. Ключевое – мы ничего не обещаем, нас не за что ловить – они легко и непринуждённо придумают такое, что сами ахнем. Ну вот например, говорим что у нас будет ракета, которая дешевле всех существующих. А берём за запуск дороже рынка. И постоянно говорим что цена падает, вот-вот упадёт – а они сами врут друг другу, что уже упала. Понимаете?

– Немного – сказал кот – Но ведь тема-то рано или поздно всплывёт.

– Тогда просто заминаем и переходим к другой – сказал мальчик – С батарейкой так и сделали. А чуваки эти до сих пор друг другу рассказывают про переворот в энергетике, и что у брата свата три таких батарейки, и ночью на бирже торгуют, и постоянно электричество продают с выгодой, а он сам только на компе играет в еву и пиццу с пивом заказывает.

Лиса и кот переглянулись.

– Ну вообще концепция интересная – протянул кот – Но как-то стрёмно. Побьют.

Мальчик изящно поднял пальчик

– Нихуя. Ключевое – это то, что мы себя записываем в олицетворение будущего. А будущее нельзя побить. Мы их сажаем в коробку дискурса, где или мы, или нихуя. Или будущее, или не-будущее. Или-или. Так как аудитория пассивна и инфантильна, то им тема подходит. У них появляется отмазка “почему мы сами ничего не делаем” – потому что нас вот этот чувак ведёт в будущее, он умный и мы в него веруем. А кто ему мешает нас в будущее вести – вот того и побьют. А вести при этом никуда не надо, надо сольдо собирать. Они – дети эти – сами доврут, что будущее вот-вот приближается. Оно при этом болтами прихвачено к линии горизонта.

– Логично – сказал кот и задумался.

– Вот у вас тут очаг нарисованный, так? Он же не горит и не греет. Почему бы не продавать такие очаги, просто подначив покупателей врать, что они греют? А если таких покупателей будет много, и сказать что каждый такой очаг приближает, скажем, изучение Вселенной, то они индульгенцию получают от “проебал деньги” – у них сопричастность и удовольствие.

– Замёрзнут же – сказала лиса.

Мальчик брезгливо махнул рукой

– Да и хуй с ними. Со счастьем на лице замёрзнут, что самые умные и всех обманули и вовсе-то-необосрались. Мертвые сраму не имеют, как говорится. К тому же, мы никому согреть и не обещаем – они сами друг другу соврут, что нарисованный очаг греет. Придумают каких-нибудь маленьких гномиков вымышленных, которые в нарисованном очаге живут. Потом столько раз повторят, что начнут их видеть. Потом начнут заклёвывать тех, кто в них сомневается. Потом начнут рассказывать что греет всё сильнее. И замёрзнут, да. Но это уже не терпильность будет, а сакральная жертва во имя прогресса. Жертвенность они тоже любят, особенно публичную. Мы можем им продать что угодно, нам нет смысла даже пытаться что-то реально сделать – достаточно сделать самую грубую имитацию, остальное допридумают эти, с круговой порукой лузеров.

Через минуту лиса кашлянула и спросила:

– Ну, рамочно всё понятно. Схема хорошая. А мы тут какую роль играем?

Мальчик посмотрел на лису, взял со стола огурец, молча выпил стопку и ушёл.

– Толковый парень – сказал кот – Далеко пойдёт.

Лиса кивнула и открыла мобильник.

– Разливай – сказала она коту и глубоко задумалась.

By |2018-10-17T04:44:29+00:00Апрель 21st, 2018|Categories: Юмор|0 Comments

About the Author:

родился в 1965 году, управляю людьми с 1981 года. Преуспел в нематериальной мотивации персонала, успешно строю коммерческие компании с ноля, практикую задачу трудоустройства и подработки для +45, работаю над проектом To be Pro customer & contractor с целью снять основные боли обоих в кооперации.

Вы можете оставить комментарий

Добавить комментарий